Соударения достаточно сильны и должны были бы полностью изменять размер и форму орбиты, а также характерную для нее частоту.

Как же они сохраняют частоту постоянной? Чтобы проиллюстрировать эти трудности нагляднее, рассмотрим газообразный натрий.

Он поглощает только свет с частотой, характерной для атома натрия. Нагретый газ испускает хорошо известный желтый свет натрия, т. е. свет определенной частоты.

Сконденсируем теперь газ, охлаждая или сжимая его, до появления металлического натрия. В металле атомы соприкасаются й, следовательно, их планетарные орбиты переплетаются друг с другом.

Мы не должны удивляться тому, что металл не дает специального "ответа" на излучение с частотой, характерной для свободного атома натрия.

Действительно, у металлического натрия не видно избирательности к какой-либо определенной частоте; этого и следовало ожидать вследствие сложного переплетения электронных орбит в твердом теле.

Теперь снова превратим металл в газ путем испарения. Газ опять приобретает те же свойства, которыми он обладал до охлаждения: он будет поглощать и испускать только излучение с типичными для натриевого атома частотами.

Это поведение резко отличается от поведения планетной системы, и его никак нельзя понять на ее основе. Есть свойства, которых никак нельзя ожидать от планетной системы.

Как представить себе, что после испарения металла электроны попадут на точно те же орбиты?

<<< Назад | Далее >>>

Две силы природы  |  Развитие возможностей человека [домой]