Да, спору нет, муравьи сооружают свою кучу, не подозревая о законе тяготения, однако каждое их движение обусловлено этим и прочими законами, продиктовано и определено ими. В результате типичность внешнего вида и внутреннего строения разных муравейников возникает из особенностей типичного поведения отдельного муравья.

Однако самое поучительное заключается не в технических или конструктивных деталях муравьиного обиталища. Гнездо не просто прячет семью. Мертвое, оно вместе с ней, живой, растет, одевает ее, служит ей оболочкой и основой, кровом и защитой, внутренней опорой и внешним панцирем. Это и условие ее жизнеспособности и в то же время продукт ее жизнедеятельности.

Муравьиное гнездо сооружается не одним каким-нибудь строителем, не парочкой их, а всеми ныне живущими и прошлыми, жившими здесь когда-то поколениями рабочих муравьев. Каждая особь в отдельности только продолжает начатое другими, вырывает несколько крупинок земли, приносит считанное число хвоинок, делает несколько стежков.

Если меняется обстановка, то и поведение строителей перестраивается соответственно новым условиям. Из действий особи рождается поведение всей общины. Это можно видеть и на примере больших сильных семей из десятков и сотен тысяч насекомых и на примере, будто взятых напрокат в детской сказке, крохотных муравейников. Так возводятся Хеопсовы пирамиды - бурые кучи Формика, и так же возникают гнезда черных Лазиусов в яблоке-падалице, или теремки, устроенные щепоткой светло-бурых Лазиусов в грибе, или селения в сосновых шишках, в сухих стручках бобов, в брошенных белкой ореховых скорлупках, в потерянном в саду наперстке.

<<< Назад

История и география  |  Развитие возможностей человека [домой]